Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

С праздником!

К завтрашнему празднику - несколько школьных фото из семейного архива.
На них дед, бабушка, папа, мама, я, брат, первая учительница брата, соседка по парте и учительница литературы - Тамара Ефимовна.

Сухиничи, Калужская область, около 1940. Старшеклассники с учителями.

Это фото есть в музее Сухиничей, там одна из улиц названа в честь деда.

Collapse )

Дельфин за забором


Мы стоим на улице Ленина в Воркуте, как нам пишет Гугл - летом 2013 года.
Здание слева, дом №37 - это аварийный фасад бывшего бассейна "Дельфин". На дату снимка здание бассейна развалилось и все что от него осталось (как сейчас - не знаю) это фасад, огороженный от греха забором.
Collapse )

С трепетом

Забавно. В Википедии нет статьи "трепет". Потому что это - очень редкое чувство. Ну, когда оно искреннее, неподдельное.
Я сейчас испытываю именно трепет. Поскольку оказался перед необходимостью перебрать, наконец, семейный фотоархив. Очень хорошо помню что и когда снималось при мне. И предсказуемо готов к проявлению самой широкой гаммы чувств, начиная от слезливого умиления до отчаянной печали. Но вот то, что снималось до меня... Конкретно до меня... Только трепет, по другому не описать.
Это как древние "одноклассники" (наверное), только меньше глупых лиц под одинаковыми пальмами в туристических резервациях бармалейских стран. Это что-то неуловимо исчезающее из понимания. Поэтому надо спешить, чтобы что-то передать детям, а прежде успеть понять самому. А самое страшное: это всё твое и касающееся именно тебя, но уже, к горькому сожалению, тебе неизвестное и полному пониманию недоступное.
Вот летчик.

И больше я ничего сказать не могу. Ни кто это, ни где. Ни тип самолета. Но летчик наш, а эпоха - конец 50-х, начало 60-х. Шлем, как у Гагарина.
Collapse )

Всё относительно



Всё относительно. Грачи к нам прилетают зимовать. Не знаю откуда. Может быть из Ярославля, может из Костромы.
Они внезапно появляются под занавес бабьего лета, начинают вышагивать по газонам в поисках опавших грецких орехов, шуршать рыжей листвой. Потом меряют длинными носами снег и черными нахохлившимися кляксами сидят на укрытых инеем березовых ветках. Собираются огромными стаями и закаркивают низкое зимнее небо. Потом роются в довесенней грязи, ищут то, что не смогли найти осенью и зимой.
И вот март, они разгуливают по городу, ожидая тепла и солнца, чтобы однажды утром собраться в огромную галдящую банду и разом, как по команде, отбыть к себе, на свою далекую родину в Ярославль или в Кострому. А люди смотрят на них с надеждой и нетерпением и думают:
«Когда же вы, твари носатые, улетите!?»